fb43a8b4 строительство домов ремонт стиральной машины в москве

Калашников Сергей - Длинный Отпуск



СЕРГЕЙ КАЛАШНИКОВ
Длинный отпуск
ГЛАВА 1
"Невезение, даже если это не бесконечная череда неудач, а всего лишь
отсутствие благоприятного стечения обстоятельств, не слишком приятная
штука, - рассуждал Степа, покачиваясь на стропах. Кромешная темнота,
затекшие ноги и боль от удара в боку привели его в меланхолическое
расположение духа. - Впрочем, не все так уж плохо, - продолжал он
размышлять. - Судя по тому, что я уже провисел здесь около трех часов,
скоро начнет светать и можно будет хотя бы рассмотреть, за что зацепился
парашют".
Однако рассвет не принес ему приятных новостей. Первое, что стало
ясно, - это то, что туманы на этой планете обладают замечательной
плотностью и позволяют видеть чуть дальше вытянутой руки. Стропы уходили
вверх и терялись в тумане на расстоянии двух метров.
"Ну что же, раз видно только в одном направлении, значит, туда и
двинусь, - рассудил Степа. - Если повисеть еще немного, можно потом и вовсе
не стронуться с места". Ног он уже не чувствовал.
Достав из кармана скафандра пару отверток, Степа выбрал стропу,
которая не была натянута. Подергав, убедился, что держится она прочно, и
сделал на ней на расстоянии вытянутой руки петлю, в которой закрепил одну
из отверток. Теперь было за что ухватиться. Он подтянулся, перецепил на
отвертку карабин страховочного фала и повис на прочном шнуре. Почти
полметра было выиграно, а главное - лямки парашютных креплений перестали
передавливать ноги. Вес принял на себя монтажный пояс, надетый поверх
скафандра
Теперь настал черед другой стропы, и снова он отыграл полметра у
туманной мглы. Так, чередуя стропы, он карабкался вверх, пока сбоку не
проявилась каменная стена - сплошная, без расщелин и выступов, да еще и
нависающая над ним.
Через несколько метров стропы оказались прижатыми к стене, что
увеличило неудобства. Опереться о стену ногами Степа не отважился -
неизвестно, насколько крепко зацепился парашют. Пришлось снова
подтягиваться на руках.
Наконец он добрался до купола. Но и это не принесло облегчения. Теперь
он был вынужден резать крепкую скользкую ткань, и на последних метрах Степа
окончательно вымотался.
Он выбрался на горизонтальную поверхность и, по-прежнему не видя в
тумане почти ничего, отполз от края. Вытянувшись и задрав кверху ноги,
восстановил в них кровообращение. Снял скафандр и осмотрел ушибленные
места. Ничего страшного - синяк на ребрах, ссадины на локтях и колене -
даже уже почти и не больно.
* * *
Через час его разбудило солнце. Оно здесь совсем не отличалось от
земного, впрочем, это он и раньше знал. О планете ему были известны
справочные данные - все почти как у Земли, только чуть меньше масса и
короче период обращения вокруг звезды того же спектрального класса, что и
Солнце. Кроме этих данных, сообщалось, что данная звездная система не
рекомендуется для посещений, исключая аварийные случаи. Как раз такой
случай и привел его сюда.
Взрывы на звездолете начались одновременно во многих местах и не
прекращались даже тогда, когда Степа покидал его в спасательном боте.
Покидал - это мягко сказано. Бот отшвырнуло одним из взрывов и повредило
при этом так, что почти месяц пришлось чинить двигатели и систему
управления. А потом еще два месяца ковылять до ближайшей пригодной для
жизни планеты. О нормальной посадке нечего было и думать, и, погасив
скорость, насколько позволяли остатки топлива, Степа катапультировался, как
только обреченный бот вошел в атмосферу.
Естественно, как это обычно с ним случалось, ни



Назад