fb43a8b4

Калинин Виталий - Бог Пришел, И Ушел



Виталий Калинин
Бог пришел... И ушел.
(Юлий Буркин, Константин Фадеев.
Осколки неба, или подлинная история "Битлз")
Ты знаешь, в этой боли я вижу свет,
Я понял, что единого бога нет:
Тысяча осколков на тысячу лет...
Юлий Буркин.
У братьев Стругацких есть замечательный рассказ: "Бедные злые люди".
Сюжет его прост. Герой рассказа, царь, добиваясь престола, предал своего отца,
из-за него погибли действовавшие в этом мире прогрессоры. А теперь он сам,
став жертвой предательства, молит прогрессоров о спасении:
" Из репродуктора донесся жалобный вой. "ПОМОГИ ПОМОГИ Я БОЮСЬ
ПОМОГИ..." - печатал автомат-переводчик.
- Бедные злые люди... - сказал Толя."
Этот рассказ замечателен тем, что он с удивительным лаконизмом представляет
два основных направления философского познания человека. "Какова сущность
человека?" и "каково ему существовать?" -- вот два основных вопроса, на
которые много веков отвечает философия и художественная литература.
В исследовании сущности человека, в человековедении, особенно преуспела
литература второй половины XIX, литература "критического реализма".
Все многообразие человеческих личностей классифицировано и типизировано.
Достаточно вспомнить расхожие термины : "бальзаковские женщины",
"тургеневские девушки","лишние люди". Имена литературных персонажей стали
нарицательными: Дон Кихот, Обломов, дед Щукарь...
В одной из статей Сергей Залыгин пишет, что сейчас трудно создавать
оригинальный персонаж и литераторы вынуждены комбинировать их из известных
типов. В самом деле, к примеру: "В ней удивительным образом соединялись
черты Ассоль и леди Винтер". Какой интригующий образ! Помню, мне встретилось
где-то у Желязны: "... словом, это был типичный хоббит". Да что там Желязны.
Вот, у авторов рецензируемоей книги читаем: "Сказочным именем [Властелин
Колец - В.К.] Ринго иногда звали потому, что колец и перстней на нем было
больше, чем в ювелирной лавке. Это был его бзик. Да и манера говорить
напоминала хоббитскую".
Hо не только, вернее, не столько коллекционированием типов занималась
критическая литература. Она занималась их разооблачением. Читая Гоголя,
Льва Толстого или Чехова, удивляешься с каким мастерством обнажаются мелкие,
низкие и пошлые душевные движения людских душонок. Hе случайно когда-то на
уроках литературы были популярны "суды над литературными героями".
Если инопланетяне возьмутся судить о людях по земной литературе, можно
представить, какое у них сложится мнение!
С сущностью человека более-менее ясно. Как же обстоит дело с
вопросами существования? Здесь экзистенциалисты (авторы, занимающиеся этим
вопросом) еще более единодушны: существование человека трагично и абсурдно.
Hесомненно, одним из самых трагических фактов существования является его
конечность. Hе являются все усилия человека нелепыми перед неминуемой чертой,
которая перечеркнет все итоги?
Конечно, против абсурда и трагичности можно бунтовать, но и бунт оказывается не
менее трагичным и абсурдным. Вспоминается один эпизод у Кларка, когда
инопланетяне ступили на покинутую людьми землю. В одном из помещений они
обнаружили полный разгром. Видимо, какой-то клерк, год за годом проводивший в
комнатушке за бесконечными бумагами, когда работа его стала не нужна, изломал
медбель и порвал свои бумаги.
Итак, можно констатировать, что основные результаты литературного и философского
познания человека -- заглавие упомянутого рассказа братьев Стругацких.
Где же выход? Как там, у АБС: "Где у дракона сердце и есть ли



Назад