fb43a8b4

Калужанин Василий - Не Бойтесь Свободы



ВАСИЛИЙ КАЛУЖАНИН
НЕ БОЙТЕСЬ СВОБОДЫ
(исторические диалоги в двух книгах)
Жизнь дается партийцу один раз,
И надо прослужить ее так,
Чтобы умирая,ты мог сказать:
"Велика Россия,а жить негде"
Устав внутренней службы КПСС
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ПОВОДЫРИ
Медынь - 1989
Диалог Тысяча Первый
9 января 1982 года.14 часов 15 минут.
Москва.Кремль.Комната отдыха членов
Политбюро.Действительные члены лежат.
Недействительные бродят с "утками"в
руках,угадывая желания старших товари-
щей. Самый лысый из недействительных са-
дится на краеешек самой действительной
раскладушки.Раздается треск и звон пада-
ющих медалей.Безволосый вскакивает и пы-
тается поднять орденоносца.Обслуживающий
персонал бросает уссатую дичь и спешит
на помощь.Отдыхающие просыпаются и мудро
смотрят на молодежь.
ЧЕРНЕНКО. В чем дело? Я тебя спрашиваю, Михаил, в чем дело?
МИХАИЛ. Он сам упал, Константин Устинович.
ЧЕРНЕНКО. Кто Упал?
МИХАИЛ. Он!
ЧЕРНЕНКО. Кто Он?
МИХАИЛ. Сам!
ЧЕРНЕНКО. Не понял. Выражайся яснее, ты же на Пленуме, здесь почти
все свои.
МИХАИЛ.Он сам упал, Константин Устинович.
ЧЕРНЕНКО. Кто сам?
МИХАИЛ. Да он же, Он! Ну понимаете Он!
ЧЕРНЕНКО. Юрий Владимирович, вы что-нибудь понимаете? Может быть
вы мне обьясните , что произошло?
АНДРОПОВ. Если я правильно понял нашего юнгу, то упал он, а не
она.
ЧЕРНЕНКО. Кто она?
АНДРОПОВ. А это вы у него спросите. Он что-то скрывает.Видите как
глаза бегают.
МИХАИЛ. Ничего я не скрываю.
ГРИШИН. А что это вы там под раскладушку запихнули?
МИХАИЛ (оглядывается) Это не я, это они. (показывает на недействи-
тельных).
НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЕ. Это не мы, это он(показывают на лысого)
ЧЕРНЕНКО. Ничего не пойму.
МИХАИЛ. Это он сам туда залез.
ЧЕРНЕНКО. Может кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?
АНДРОПОВ. Можно я?
ЧЕРНЕНКО. Ваше обьяснение я уже слышал. Желательно поконкретнее.
АНДРОПОВ. Куда ж конкретнее. И так ясно.
ЧЕРНЕНКО. Это вам ясно, а мне нужно конкретно. Вспомните, чему нас
учит Леонид Ильич - истина конкретна. Кто у нас специалист по кон-
кретике?
ГРИШИН. Я!
ЧЕРНЕНКО. Так что же вы молчите? Обоъясните мне, что случилось?
ГРИШИН. Ничего особенного, Константин Устинович. Просто Леонид
Ильич упал.
ЧЕРНЕНКО. Как упал!
ГРИШИН. Медалями вниз.
ЧЕРНЕНКО. Какими медалями?
ГРИШИН. Пять серпов с молотками, три за освобождение Парижа, двад-
цать ввосемь за .........
ГРОМЫКО (обращаясь к Гришину) Да он не этом спрашивает.
ЧЕРНЕНКО. Кто он?
ГРОМЫКО. Вы.
ЧЕРНЕНКО. Продолжай, Виктор Васильевич. Остальных прошу не переби-
вать.
ГРИШИН.Двадцать восемь за оборону ГИБЛАТАРА ....
ЧЕРНЕНКО. Погибла тара? Какая тара?
ГРИШИН. Да не тара, а Гиблатара.
ГРОМЫКО. Да не Гиблатара, а Гиблалтала.
ЧЕРНЕНКО. А при чем тут Гиблатал?
ГРОМЫКО. Залив есть такой.
ЧЕРНЕНКО. Ну и что? При чем тут разливы и недоливы? Вы же не в
пивной, Андрей Андреевич.
ГРОМЫКО. Я и говорю, что ни при чем. Я и говорю, что вы его не о
том спращиваете.
ЧЕРНЕНКО. Кого его?
ГРОМЫКО. Гришина.
ЧЕРНЕНКО. А вы знаете, о чем я его спрашиваю?
ГРОМЫКО. Догадываюсь.
ЧЕРНЕНКО. Ну, так и обьясните, пожалуйста, этому специалисту по
конкретике, что я от него хочу.
ГРОМЫКО. Он не поймет. Ваши мысли, Константин Устинович, доступны
лишь узкому кругу славян.
ЧЕРНЕНКО. Ты хочешь сказать, что он из хороших славян?
ГРОМЫКО. Не, я хочу сказать, что он из жидов.
ЧЕРНЕНКО. Как?
ГРИШИН. Я протестую.
ГРОМЫКО. Его настоящая фамилия, Константин Устинович, Ваксман.
ЧЕРНЕНКО. Значит, он тоже Константин Устинович? Странно, почему же




Назад